Тупик Эрдогана и военная опасность. Ростислав Ищенко

0 515
0

Тупик Эрдогана и военная опасность. Ростислав Ищенко

 

С прошлой недели начался очередной виток наращивания напряженности на Ближнем Востоке. Вначале Турция, за ней Саудовская Аравия, далее Катар, а к понедельнику, 8 февраля, уже и Объединённые Арабские Эмираты сообщили о намерении начать в Сирии наземную операцию якобы по борьбе с ИГ (запрещено в РФ – ред.).

 

Официальный Дамаск заявил, что воспримет данное действие как вооруженную агрессию, соответственно Сирийская арабская армия развернет против интервентов боевые действия.

 

В то же время, в Москве недавно побывал эмир Катара, пытаются вести активные консультации саудовцы, а со ссылкой «источник в турецком руководстве» даже появилось сообщение о намерении президента Турции Реджепа Эрдогана совершить визит в Казахстан. Причем не скрывалось, что главная тема потенциальных переговоров – попытка через Назарбаева добиться встречи с Путиным для урегулирования кризиса в российско-турецких отношениях.

 

Неподтвержденное сообщение о подготовке визита в Казахстан могло быть вбросом, а могло являться зондажем позиции Нурсултана Назарбаева (скорее всего, и то, и другое). Но заявления турецких руководителей и дипломатов не оставляют сомнений в том, что они не оставили надежды добиться личной встречи Эрдогана с Путиным. Цель встречи – урегулирование российско-турецкого кризиса без принесения Турцией формальных публичных извинений за сбитый российский самолет.

 

Казалось бы, действия Турции по нагнетанию военной истерии в сирийском вопросе (а без турецкой армии поползновения монархий залива повоевать в Сирии яйца выеденного не стоят), противоречат турецким же попыткам смягчить напряженность во взаимоотношениях с Россией. На деле турецкая политика абсолютно последовательна, и не может быть иной. Кстати, реакция России свидетельствует о том, что в Москве не только хорошо понимают побудительные мотивы Анкары, но и готовятся к адекватному ответу.

 

Почему Эрдоган не может ни извиниться, ни оставить все, как есть

 

Итак, что мы имеем и к чему идём?

 

То, что, сбив российский самолет, Эрдоган загнал себя в геополитический капкан, стало уже настолько общим местом, что с данным утверждением не спорят даже те, кто привык в каждом чихе российского руководства усматривать «сдачу позиций». Турецкий президент не может извиниться и наказать виновных, не угробив свою политическую карьеру. И он не может оставить все как есть, поскольку несимметричный санкционный ответ России нанес серьезный ущерб турецкой экономике и настроил бизнес против Эрдогана.

 

И не только бизнес. Закрывающиеся гостиницы, закрытие российского рынка для турецких строительных фирм и для плодоовощной продукции – это не только снижение доходов (а то и банкротство) крупных фирм, но и потеря тысяч, десятков тысяч рабочих мест, кормивших простых турок и их семьи. Тех самых турок, которым ничем не мешала ни российская авиация, ни президент Сирии Башар Асад. И которые не имели, не имеют и не будут иметь никакой прибыли от контрабандной торговли нефтью с ИГ, практикуемой турецкой правящей верхушкой.

 

То есть, внутриполитические позиции Эрдогана критически ослабевают и в том случае, если он сдастся и извинится, и если оставит все как есть. Чтобы сохраниться в качестве политика, ему надо принудить Россию к переговорам на его собственных условиях. Может, Анкара и согласится на уступки, но только на непубличные. Публично же все должно выглядеть как победа Эрдогана. Что явно не может устроить Россию.

 

Угроза большой войны как способ шантажа

 

Как в такой ситуации ему можно склонить Москву к принятию турецких условий урегулирования? Единственный шанс – попытаться поднять ставки до такого уровня, чтобы цена конфронтации с Турцией стала для российского руководства неприемлемой.

 

На протяжении последних лет Кремль стремится избежать втягивания России в прямой военный конфликт с любым государством (от Украины, до Турции). Даже в Сирии российская авиационная группа действует только против террористов. Причины тоже понятны – в условиях геополитической конфронтации с США, когда Вашингтон может в любой момент перенести центр тяжести противостояния в любую точку планеты, связывание ресурсов на любом второстепенном направлении недопустимо.

 

Исходя из данной позиции, Эрдоган угрожает вторжением в Сирию (старая идея о создании «буферной зоны»). Он понимает, что в случае, если Россия применит военную силу для купирования вторжения, НАТО за него не вступится, а США без НАТО также не выступят. Поэтому Турция создает нечто вроде коалиции преданных американских союзников.

 

Монархии Залива, как и Анкара, недовольны отказом США от прямого военного давления на Асада. Но армии монархий залива слишком слабы, чтобы предпринимать против Сирии самостоятельные действия. Зато они способны создать благоприятный международный фон для турецкого вторжения. Если в Сирию «воевать с ИГ» отправляются вооруженные силы половины Ближнего Востока, то это уже вроде как не агрессия Анкары, а коалиционная антитеррористическая операция. Военную поддержку Запад и в этом случае не окажет, зато есть надежда, что в рамках общего геополитического противостояния США заставят своих европейских союзников осудить любые действия России по поддержке Асада в противостоянии вторжению. Да и общий процесс политико-дипломатического урегулирования (к которому Москва принуждает как сирийских инсургентов, так и Запад) резко осложнится.

 

Суммируя, можем сказать, что Эрдоган демонстрирует готовность рискнуть большой войной для того, чтобы ликвидировать все достижения России в Сирии.

 

Одновременно турецкое руководство предлагает Путину прямые переговоры без предварительных условий, намекая, что в таком случае можно решить все вопросы, и Анкара отменит вторжение. В общем, мы имеем дело с военным шантажом.

 

Курдская карта

 

Полагаю, что Эрдоган считает свою игру беспроигрышной. Понятно, что боевые действия против российской армии Турция проиграет. Но, во-первых, надо чтобы Россия еще решилась вступить в вооруженный конфликт, резко осложняющий её общее положение. Во-вторых, Эрдоган уверен, что даже в худшем случае Запад не позволит ликвидировать Турцию, равно как и лишить её хоть каких-то территорий.

 

Уступит Россия – Эрдоган выиграл, не уступит – он будет президентом, «защитившем честь страны» в сражении с сильнейшей армией планеты (или одной из сильнейших), которую даже США боятся. По плану турецкого руководителя, его внутриполитические позиции укрепятся в любом случае.

 

До сих пор ответ Москвы на происки Анкары, Эр-Рияда и прочих официально заключался в повторении давно заявленной позиции: «Российские и иранские военнослужащие находятся в Сирии по приглашению законного правительства. Больше никто соваться в эту страну не имеет права». Что будет, если кто-то сунется — было неясно.

 

Однако параллельно с наращиванием военной активности Турции, сосредоточившей на границах Сирии ударную группировку сухопутных войск, у России проснулся интерес к курдской проблеме.

 

На 10-го февраля намечено открытие в Москве официального представительства сирийских курдов (которых пока будут представлять дипломаты Сирии и Ирака). Гуманитарная катастрофа в турецком Курдистане, где разрастается курдское сопротивление, в подавлении которого уже задействованы два армейских корпуса (для операции в Сирии выделен только один), постепенно становится одной из главных тем российских СМИ. Эксперты оживленно обсуждают возможные каналы поставки и номенклатуру вооружений, необходимых турецким курдам для борьбы за свободу.

 

Впрочем, розыгрыш курдской карты, хоть и крайне неприятен для Анкары, должен был ею учитываться.

 

Кстати, все свои национальные вопросы Турция решала в ходе внешних войн, обвиняя меньшинства в предательстве. Думаю, что и Эрдоган попытается использовать любой внешний конфликт, чтобы решить курдскую проблему, способом, зарекомендовавшим свою результативность во время геноцида армян 1914-1917 года, или резни греков в Смирне в сентябре 1922 года. Курдов, конечно, значительно больше, но когда это останавливало турок?

 

Проверка боеготовности

 

Поэтому критически важным для окончательного оформления ситуации считаю решение президента Путина начать 8 февраля внезапную проверку сил Юго-Западного стратегического направления. Привлекаются силы Черноморского флота, Каспийской флотилии (которые покинут базы и выйдут «в районы учений»). Но главное – приведение в полную боевую готовность воздушно десантных войск и военно-транспортной авиации Южного военного округа, а также готовность авиации и сил ПВО прикрыть данное направление.

 

Это демонстрация того, что предложение Эрдогана повысить ставки принято. Говорят, правда, что Эрдоган плохо понимает намеки. А если стороны концентрируют силы и средства и не проявляют готовность уступать и отступать, то рано или поздно после «А» приходится говорить «Б», и в дело вместо дипломатов вступают генералы.

 

Ростислав Ищенко


Нашли ошибку? Выделите текст и нажмите Ctrl+Enter, чтобы сообщить нам о ней.

 

По материалам: http://news-front.info/

Похожие новости

comments powered by HyperComments
Информация
Комментировать статьи на сайте возможно только в течении 100 дней со дня публикации.
Выбор редакции
    comments powered by HyperComments