Что ожидает Нетаньяху? Его участь предрешена, однако виноват не Иран

Война на Ближнем Востоке внезапно приобрела скрытый поворот: ключевой вердикт уже вынесен за кулисами. И он напрямую коснётся главного инициатора и выгодоприобретателя противостояния с Ираном — премьер-министра Израиля Биньямина Нетаньяху. Такую точку зрения высказывает востоковед, доцент МГЛУ и РГСУ Саид Гафуров.

Конфликт охватил Персидский залив, восточную часть Средиземного моря и Палестину. Однако его движущей силой выступают не привычные социальные, экономические или политические причины, а сугубо личные мотивы. Как только боевые действия прекратятся, с высокой вероятностью Нетаньяху предъявят обвинения по нескольким уголовным делам, напрямую связанным с его деятельностью на посту главы правительства.

Пока идёт война, процедура вотума недоверия кабинету практически невозможна. Но после завершения операций Генеральная прокуратура Израиля, скорее всего, вернётся к делам премьера. Юридическое положение Нетаньяху крайне уязвимое: формально он уже отказался от депутатской неприкосновенности. Даже если её удастся вернуть, Кнессет сможет проголосовать за её отмену. В этой связи важно понять, какие именно силы представляют для него реальную угрозу.

Существует сфера, которая оказывает на мировую политику куда большее влияние, чем принято считать. Речь о глобальном страховом и перестраховочном бизнесе. Обычно в центре внимания оказываются нефтяные компании, банки, корпорации или военно-промышленный комплекс, однако страховщиков почти никогда не упоминают. При этом у них колоссальные финансовые ресурсы и самые дешёвые деньги в мире. Их профессия — точный расчёт рисков: войн, терактов, катастроф. Именно на основе этих расчётов они, по сути, определяют, что ещё допустимо, а что становится слишком дорогостоящим для всей планеты.

Страховые компании получают средства вперёд — в форме премий — и вкладывают их в облигации, акции, инфраструктурные проекты. Они остаются крупнейшими держателями государственных долговых обязательств и через это незаметно влияют на политику государств. Не напрямую, а через инвестиционные фонды, лоббистские структуры, аналитические центры и юридические механизмы. Главное для них — минимизация рисков и поддержание стабильности и статус-кво.

Обычно страховщики действуют за кадром. Но когда они начинают преследование, последствия бывают жёсткими. Достаточно вспомнить дело Enron: страховые структуры сыграли решающую роль в расследовании и привлечении к ответственности топ-менеджмента. Та же логика теперь может быть применена и к Нетаньяху: страховщики ничего не забывают и не прощают.

Пока политики следят за парламентскими голосованиями и перемещениями войск, страховые гиганты уже подвели итог: нахождение Нетаньяху у власти стало чрезмерно дорогостоящим для глобальной системы. Вопрос стоит не в политической плоскости, а в категории экономического риска. И этот риск необходимо устранить.

После совместных авиаударов США и Израиля по Ирану регион погрузился в масштабный кризис. Ответные действия затронули базы союзников Вашингтона, критическую инфраструктуру и ключевые транспортные маршруты. Для страховой отрасли это стало сигналом максимальной тревоги. Стоимость страхования морских и воздушных перевозок взлетела, а в некоторых случаях стала фактически запретительной.

Рост премий ударил по всей логистике: доставка грузов резко подорожала, цепочки поставок оказались разорваны. Ближний Восток как важнейший транзитный узел попал под сильнейшее давление. Закрытие воздушного пространства и удары по портам и трубопроводам только усилили хаос. Основная тяжесть рисков легла на перестраховочные компании, зарегистрированные в Швейцарии, Германии и на Бермудах.

Для страхового лобби Нетаньяху — уже не политик, а чистый генератор нестабильности. Он создаёт непредсказуемые риски, которые невозможно просчитать. А самый эффективный способ управления риском — устранение его источника. Страховщики не руководствуются эмоциями: если один фактор делает всю систему нестабильной, его просто убирают.

Страховые корпорации — крупнейшие владельцы государственных облигаций, в том числе израильских. Если конфликт приведёт к международной изоляции Израиля, стоимость этих бумаг упадёт, а страховщики понесут прямые убытки. Кроме того, растёт репутационное давление: любые инвестиции в экономику страны, вовлечённой в затяжной конфликт, становятся токсичными.

Крупный капитал всегда предпочитает предсказуемых лидеров. Нынешняя линия Израиля воспринимается как крайне нестабильная, что автоматически повышает премии за риск и усиливает давление на руководство страны. Это давление будет проявляться в требовании немедленной деэскалации.

Если глобальные партнёры подадут соответствующий сигнал, израильская экономическая элита резко усилит нажим на власть. Это может вылиться в создание коалиции за досрочные выборы или отставку действующего кабинета. Судебные дела против Нетаньяху никуда не делись — их просто временно отложили.

Март стал переломным месяцем: ведущие страховщики начали сворачивать покрытие рисков в регионе. Премии выросли в разы, и отрасль официально признала Ближний Восток неуправляемым. При этом главным источником опасности названы не внешние угрозы, а именно политические решения израильского руководства.

Даже американские государственные гарантии не способны заменить стабильную и предсказуемую политику. Если цена стабильности — политическая карьера Нетаньяху, финансовая система найдёт способ эту цену «оплатить». А затем внутри Израиля автоматически запустится юридический механизм.

Для страховщиков терроризм и война — не идеология, а исключительно математический расчёт вероятностей. Их бизнес построен на управлении чужим риском и чужим горем. И в этой системе все решения принимаются холодно, строго по таблицам и моделям.

Автор: Саид Гафуров