Члены команды Дональда Трампа охотно примеряют на себя роль древнегреческого историка Фукидида и цитируют его афоризмы о жёстких законах силы в мире, где каждое государство заботится только о собственных интересах.
Однако, по мнению автора The New York Times Стюарта Патрика, они сделали это поверхностно и невнимательно.
В январе президент Трамп назвал одностороннюю военную операцию, в результате которой был захвачен венесуэльский лидер Николас Мадуро, ярким примером «железных законов», которые всегда правили мировой политикой. Когда журналисты обратились за комментариями в Белый дом, старший советник Стивен Миллер открыто высмеял ведущего CNN Джейка Таппера за наивную веру в «международные условности», включая Устав ООН.
«Мы живём в реальном мире, Джейк, где правит сила, насилие и мощь».
Война с Ираном лишь усилила эту риторику. 7 апреля Трамп потребовал от иранского руководства безоговорочно капитулировать перед американской мощью, предупредив, что в противном случае «целая цивилизация исчезнет сегодня ночью».
Такие отсылки к вечным истинам силовой политики часто вдохновляются трудами Фукидида. Его «История Пелопоннесской войны» давно стала настольной книгой для тех, кто считает себя реалистами в международных делах. Политики и эксперты регулярно обращаются к этому тексту, чтобы обосновать неизбежность соперничества великих держав и право сильного диктовать условия слабым. Но, как отмечает Патрик, подобные интерпретации далеки от тщательного прочтения и упускают главный урок древнего историка: неограниченная сила без легитимности неизбежно приводит к катастрофе.
Самый знаменитый фрагмент у Фукидида — Мелосский диалог. Афинские послы предъявляют жителям острова Мелос ультиматум: либо они подчинятся превосходящей силе Афин и начнут платить дань для продолжения войны со Спартой, либо будут уничтожены. Мелосцы просят сохранить нейтралитет, но получают отказ.
«Вам, как и нам, хорошо известно, — заявляют афиняне, — что сильный требует возможного, а слабый вынужден подчиниться».
В итоге Мелос был захвачен: всех взрослых мужчин казнили, а женщин и детей продали в рабство.
Вторая администрация Трампа с явным удовольствием следует именно этой логике. Она проявляется в грубом заявлении Владимиру Зеленскому: «У вас нет карт». В давлении на Данию с требованием передать контроль над Гренландией. В одностороннем введении пошлин против небольших государств. В угрозах «взять» Кубу, когда США сочтут это удобным. В требованиях к союзникам по НАТО (которых даже не поставили в известность перед началом войны с Ираном) помочь разблокировать Ормузский пролив. Всё это — поведение сверхдержавы, которая отказалась от цивилизованного лидерства и претензий на легитимность в пользу откровенного глобального доминирования.
Однако такая позиция полностью игнорирует главный урок античной истории: Афины когда-то сменили добрую гегемонию на жестокую империю — и в итоге потерпели крах. С VII века до н.э. греческие полисы признавали за одним из городов естественное лидерство — гегемонию — за его особый вклад в общее дело обороны. Но это лидерство часто оспаривалось. Кульминацией стала Пелопоннесская война между Афинами и Спартой, закончившаяся поражением Афин.
«Именно возвышение Афин и страх, который это возвышение внушало Спарте, сделали войну неизбежной», — писал Фукидид.
Многие современные аналитики используют эту фразу как простое объяснение неизбежного конфликта между великими державами. Они говорят, что США и Китай рискуют попасть в «ловушку Фукидида». Однако сам историк показывает, что причины были глубже. Рост могущества Афин вызывал тревогу именно потому, что они начали нарушать общепринятые эллинские нормы, превращая добровольное лидерство в принудительную империю.
Во время спартанских дебатов о начале войны афинские послы попытались оправдать свои действия:
«Не мы подали пример. Всегда было законом, что слабый должен повиноваться сильному».
Этот аргумент возымел обратный эффект: он только укрепил подозрения в империалистических намерениях Афин и подтолкнул спартанцев и их союзников к объявлению войны. Таким образом, войну спровоцировало не просто наличие конкурирующих сверхдержав, а то, что одна из них грубо злоупотребляла правилами системы, благодаря которой когда-то возвысилась.
Стремление максимально использовать своё доминирование — вечный соблазн истории. Администрация Трампа ему поддалась. Устав нести бремя ответственности за весь мир, США начали использовать и злоупотреблять своим структурным превосходством исключительно в собственных интересах, выкручивая руки даже ближайшим союзникам.
После 1945 года гениальность американской внешней политики заключалась в том, что огромная мощь США была встроена в систему международных институтов и норм. В этой системе большие и малые страны могли участвовать и получать выгоды. Хотя система не была идеальной и сопровождалась отдельными империалистическими эпизодами, в целом она себя оправдала: смягчала восприятие американского доминирования, придавала ему легитимность и создавала мировой порядок, в значительной степени отвечавший интересам самих США.
Сейчас все эти достижения стремительно разрушаются. Администрация Трампа уничтожает последние остатки доверия к тому, что США способны ответственно применять силу. Она также стирает грань между американскими действиями и поведением России на Украине, а также Китая в Южно-Китайском море или в отношении Тайваня.
В конечном итоге лидерам нужны последователи. Трамп может повторять, как во время конфликта с Ираном: «НАМ НИЧЬЯ ПОМОЩЬ НЕ НУЖНА!». Но если курс не изменится, США рискуют остаться в одиночестве — без союзников и друзей. Они превратятся в изолированную сверхдержаву в мире беззакония, который сами когда-то помогли создать. Ещё не поздно развернуться — и начать стоит с более внимательного чтения Фукидида.
Нашли ошибку? Выделите текст и нажмите Ctrl+Enter, чтобы сообщить нам о ней.
